18+

 Добро пожаловать!

 Мы рады приветствовать Вас.  Зарегистрируйтесь и получите на свой e-mail письмо с инструкцией по активации учётной записи. Активируйте свою учётную запись и Вам станут доступны все функции сайта.  Вы сможете завести блог, загружать фотографии и общаться с друзьями.

 

Камчатские рассказы

  
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
Роман со скалой.



И.Д.Степанов
Те, кто жил во времена существования Приморского и Сельдевой, Рыбачьего и Петропавловска-Камчатского-50 на территории нынешнего Вилючинска знают, что проход по берегу залива от Приморского к Сельдевой был не возможен – там находилась отвесная скала. Она была не очень сильно связана с берегом, но категорически мешала проходу пешком даже в отлив по суши. А на велосипеде проехать, нечего было и мечтать.
Мой друг Рома всегда был мечтатель и фантазёр. Он придумывал всевозможные авантюры, принимал в них активное участие, вечно что-то ломал и портил. Но при этом никогда не терял оптимизма, жизнерадостности и душевной доброты. Но скала ему мешала. Мешала ездить по берегу бухты в Сельдевую на велосипеде! Почему ему не хотелось ехать по хорошей дороге, проходившей выше, по сопкам было абсолютно не важно. Исследовательский дух Ромыча был против этой скалы!
Посёлок Приморский всегда был закрытой военной территорией. Попасть туда можно было только по пропускам или по паспорту, где была прописка в этом самом Петропавловске-Камчатском -50 или Петропавловске-Камчатском-51. Военных частей было много, значимость их для обороноспособности Советского Союза была чрезвычайно велика. Секретность, охрана и прочие атрибуты, связанные с атомным оружием накладывали особую печать обеспечения безопасности. Рома был сыном военно-морского офицера. Дети военных всегда отличались от других детей повышенным чувством ответственности за судьбу страны. Как правило, они тоже становились военными, или, в случае с девочками, выходили замуж за военного.
Но Рома был не такой. Что-то, некоторые называли это разгильдяйством, было в нём другим. Рома не был разгильдяем никогда, он был ответственным человеком, это я могу свидетельствовать где угодно. Но дух любопытства, отсутствие пределов в фантазиях и их осуществлении были его прекрасными чертами личности, наряду с добрым сердцем, открытым и добрым характером. Для будущего военного он слишком вольно трактовал запреты и ограничения – для фантазии и мечты нет ограничений! А светлая мечта о новом удобном пути по берегу Авачинской бухты к Сельдевой определённо завладели его сердцем. Но это была тайная мечта, сокровенная. Лишь однажды он поделился ею со мной. Скала была большая, способов её ликвидировать я не знал. Просто принял эту информацию как очередную фантазию.
Живя в нашем, в общем-то, боевом городе, где драки были нормальным делом, Рома умудрялся, при всей своей активности, ни с кем не вступать в драки и затяжные конфликты. Рука у редкого хулигана поднималась на Рому. А что бы Роман кого-нибудь обидел – никогда! И тут нам объявляет классная руководительница «Нинушка», что Роман поставлен на учёт в детскую комнату милиции. За что такая несправедливость?! Для детской комнаты милиции было много достойных кандидатов, но при чём здесь Рома?! Расспросы Романа ничего не дали, обычно любитель поговорить, он лишь загадочно улыбался и говорил: «Было дело!».
Прошло много лет, мы с Романом встретились в Киеве. Вспоминали былые приключения и, вдруг, Роман рассказал, какое там было дело. За давностью лет, отсутствием СССР и, скорее всего, ряда участников событий считаю возможным рассказать об этом.
Мечты сбываются – это доказал Роман. Где он взял такое количество взрывчатки мне до сих пор не понятно. Но взял, добыл. Вынес с особо охраняемого объекта. И так много раз. Сделал нехитрые расчёты, позволявшие прогнозировать крушение скалы от такого количества взрывчатки.
Настал день, был большой отлив. Рома доставил всё необходимое к скале, заложил в глубокую расщелину у основания скалы, провёл бикфордов шнур на несколько десятков метров, закрыл расщелину большим количеством тяжёлых камней, для обеспечения более направленного взрыва, поджёг шнур и побежал.
Рома был Романтик, но не дурак. Он отдавал себе отчёт, как сильно рванёт. Примерно посчитал, сколько времени будет гореть бикфордов шнур и когда надо будет падать на землю. Но, навстречу ему шёл человек! В форме, обычный старший офицер. Пустынное место, что понадобилось военно-морскому офицеру там?!
-Дяденька, не надо туда ходить! Пожалуйста, бежим!
-Куда мальчик, зачем?
- Бежим дяденька, Пожалуйста!
- Никуда не побегу, что происходит?!
-Дяденька, бежим, сейчас взорвётся!
-Что взорвётся?
Секунды, отсчитываемые Ромкой, кончались. Они были метрах в семидесяти от скалы. А по расчётам Ромы надо было безопасно лежать метрах в двухстах и с удовольствием наблюдать за крушением. Такое ведь зрелище пропускали!
Ромка страшно завизжал: «Ложись!». Схватил спокойного офицера и повалил его на землю. И вовремя. Раздался страшный взрыв. Над ними пролетали камни, земля дрожала, скала рушилась. Облако пыли и песка накрыло их. Постепенно всё улеглось. Они были живы. Встали на ноги – осмотрелись. Скалы не было. Значительный участок сопки, по краю которой проходила асфальтовая дорога, тоже сполз вниз. Дорога, к счастью, была на месте.
Офицер был опытный и матёрый – крепко вцепился в Ромку и поволок в посёлок. Руки его, как и сам Ромка, слегка тряслись, но были крепки. Сразу в Особый отдел, сразу к его начальнику.
Ромка хорошо знал начальника Особого отдела, да все мы его знали. Его дочь Алла училась в параллельном классе. Как я понял, всё дело, которое было, было у него в руках. Ромка, конечно же, рассказал ему, где взял взрывчатку. Но больше никому. Офицер тоже был опытный – даже слухи об этом взрыве не ходили по посёлку. И папа Ромы ничего так и не узнал и тоже не пострадал. А звук взрыва сам по себе вообще никого не волновал – обычное дело.
Хорошо, когда секретность в стране обеспечивали разумные опытные люди. Зачем эти комиссии из Москвы и военная прокуратура?! Всё осталось под контролем Особого отдела. А Ромку, на всякий случай, поставили на учёт в детскую комнату милиции. Папа почти всё время был на корабле, а корабль на рейде или в океане. Следили за спутниками и ракетами своими и врагов. Нужное военное дело. А за Ромкой пусть детская гражданская милиция следит! Он же тогда был не военный, а сугубо мирный человек. Такой он и сейчас.
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
Камчатские рассказы. Дети-добытчики. Бомбаж. За всё хорошее – смерть!




Мне было шесть лет, жили мы в Большерецком совхозе. Стояло тёплое начало июня, у меня был велосипед «Орлёнок». Хотя я и не мог сидеть в седле – ног не хватало - но катался на нём, стоя на педалях, в компании таких же смелых и молодых велосипедистов.
Каждый день мы объезжали всё, что можно и нельзя, были в курсе всех последних деревенских новостей. Как-то ко мне с утра приехал Яша с важным известием, что повезли бомбаж. И его срочно надо брать! Что такое бомбаж я ещё не знал, но был согласен с тем, что брать надо!
Я взял в доме несколько сеток-авосек и, сев на велосипеды, мы поехали на птицефабрику. И успели вовремя. Как раз трактор привёз тележку полную блестящих банок и вываливал эту сияющую на солнце груду консервов прямо у птицефабрики. Я догадался, что бомбаж – это консервы! Их решено было отдать на корм курам, не выкидывать же! Курам всё равно, что есть, они прошлой зимой даже кита съели! Я сам видел! Вернее даже двух.
У нас в Большерецком с\з (официальное название деревни в те времена, сейчас это место называется Кавалерское) куры появились не очень давно, ещё до строительства моста и дороги. Их привезли безо всякой дороги на огромных Белазах. Я это хорошо помню. А потом переправляли через речку на лодках. Так была создана птицефабрика. Мы периодически там выбирали и покупали кур, а потом их ели их с большим удовольствием.
Консервов в нашем деревенском магазине было очень много. Почему-то считалось, что весь Север и Дальний Восток СССР должны усиленно питаться консервами. Но, кроме тушёнки, сгущённых молока, сливок, какао и кофе мы ничего не покупали. Рыбы было полно, зачем покупать из неё консервы?! Другие, видимо, поступали так же. А завезти к нам эти консервы было совсем не просто, особенно, во времена, когда не было прямой дороги из Петропавловска–Камчатского. А раз уж завезли и не продали в установленные сроки годности, то надо от них избавляться. Вот курам и повезло с консервами.
Комиссии по проверке кооперативной торговле у нас приезжали редко – а списывать без комиссии и выкидывать было нельзя. А из одинокой продавщицы, какая комиссия?! Даже если добавить директора совхоза, для комиссии людей было мало. Да и при чём тут директор совхоза?! Мощная советская кооперативная торговля в СССР была весьма уважаемой организацией. Вот, видимо, комиссия такая из районного или даже из областного центра приехала к нам. Трактор таскал тележки не переставая, гора консервов становилась всё выше и выше. Комиссия работала ударными темпами!
Мы, собравшаяся ватага пацанов, стали брать эти банки, раскладывать по авоськам, везти к себе домой и в иные места. Консервы была хорошая добыча! Можно было их разогревать на костре и пировать вдали от дома в тундре, на берегу речки или в каких-нибудь других кустах. Удобно. Но ехать с авоськами на велосипеде я не мог – терял равновесие. Таскать их без велосипеда тоже не мог – тяжело. Вот и возил их на велосипеде. Так же поступали и другие ребята.
Но растащить горы бомбажа было не реально. Утолив первый приступ жадности, мы успокоились. Была одна большая проблема - на банках не было этикеток. Только по буквенно-номерной, выбитой на банках информации было возможно судить об их содержимом. Не знаю как другие дети, но я стал переписывать с банки данные, для поиска таких же в огромной жестяной куче. Если содержимое банки мне нравилось! Но съесть много консервов мы не могли физически, а выбрасывать содержимое вскрытой банки рука ни у кого не поднималась. Так что процесс отбора банок из кучи замедлился, но стал более целенаправленным.
Мои родители равнодушно относились к моей добыче, абсолютно не разделяли моего восторга по поводу консервов «Завтрак туриста». А мне нравились такие консервы! Сливок сгущённых с сахаром, тушёнки и прочего однозначно вкусного питания в этой бомбажной группе консервов не было точно! А рыба, повторюсь, мало кого интересовала. Но вскрытые консервы я ел, поэтому могу точно сказать, что попробовал практически весь ассортимент консервной промышленности СССР.
Иногда, в груде консервов, попадались жестяные банки красиво вздутые со стороны дна и крышки. Почему-то мы их не брали. Наверное, из-за неудобства в открывании, так я думал тогда. В общем и целом, питание бомбажем мне понравилось, но скоро надоело. Охотничий инстинкт был удовлетворён, на птицефабрику за бомбажем никто уже не ездил. Запасов консервов «Завтрак туриста» я сделал достаточно для нескольких лет походов. Куры же ели всё – так что, к концу лета, когда я снова появился в Большерецком совхозе, и проверил состояние общественных запасов бомбажа, банки кончились.
Почти всё лето я провел на материке, хвастался двоюродным братьям, как много у меня дома запасено консервов бомбажных. Они мне завидовали, привычно охотились на голубей и воробьёв, жарили их в укромных местах на кострах и иногда угощали меня. Но мне не нравился вкус голубятины, я предпочитал бомбаж!
Кроме рыбалки и прочих невинных развлечений, я смотрел все фильму, выходившие на экраны нашей страны. Особенно мне нравилось делать это у бабушке, в городе Переславль-Залесский, где я отдыхал каждое лето. Там было целых три места, где показывали фильмы! «За всё хорошее – смерть», - был один из них. Я его очень полюбил. Фильм учил разбираться в консервах-бомбаж и быть с ним очень аккуратным, не есть отравленные. Но как точно, даже пересматривая по многу раз этот фильм, я не смог понять!
Я мучал взрослых, разговорами о бомбаже. Мне надо было точно выяснить, можно его есть или нельзя категорически. Банок пятьсот этого бомбажа у меня хранилось в надёжном месте. Лишаться такого богатства, даже под впечатлением от фильма, я не хотел. Даже ходил в библиотеку с вопросами о бомбаже.
В результате узнал, что бомбаж – это вздутие банок, со стороны дна и крышки. Если там завелись микробы, и газы их продукты жизнедеятельности, то сдохнут все, кто ест это! Если же химические процессы – гниёт жесть изнутри, жрать это можно, но не вкусно, железа привкус. Если же банка замёрзла или её ударили - то, более-менее вкусно, есть и абсолютно не опасно. Проверить можно, что за вид бомбажа, поставив банку в холодильник, у замороженных банок в холодильнике бомбаж пропадёт.
Год назад мы купили холодильник, было место, где всё проверять! Вооружённый этими знаниями, я проверил все свои запасы на бомбаж, сразу по возвращении домой. Бомбажа вообще не было! Даже сроки годности почти не истекли. Какая-то комиссия неправильная была, нельзя такие продукты курам отдавать! С другой стороны, я успокоился и за судьбу кур, даже бомбажные на самом деле банки, скорее всего, просто переморозились зимой, хранились они в сарае у магазина, без отопления.
Гордость за советскую консервную промышленность не допускавшую вредные микроорганизмы в банки, в отличии от отсталой немецкой переполняла меня. На Камчатке тоже показывали фильм «За всё хорошее -смерть», прокатчики довезли его к зиме и к нам на полуостров. Я опять ходил и его смотрел – хороший фильм, очень полезный для жизни. Всем друзьям и знакомым я объяснял тонкости употребления бомбажных консервов.
А за состоянием своих консервов, добытых тяжким трудом, я внимательно следил, не допускал перемораживания и бомбажирования. Условия хранения консервов очень важны, благодаря их соблюдению мне хватило моих запасов ещё на три года развлечений у костра.
Редактировалось: 2 раз (Последний: 12 ноября 2017 в 12:48)
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
Камчатские рассказы. Большерецкий совхоз. Сестра защитит!


Мне было четыре года, я жил в Большерецком с/з (ныне Кавалерское) на Камчатке. Стоял конец ноября, снег уже лежал и не собирался таять до самой весны, его было много, но было не холодно. Мы, группа детей от 3 до 5 лет, гуляли на футбольном поле. Обычно все друг друга хорошо знали, но тут в компании образовалась незнакомая девочка. Её родители недавно приехали в наш совхоз и они жили в старой школе с печками. Там, в те времена, было что-то вроде общежития. Поэтому и гулять она вышла на футбольное поле.
Мы хотели построить две крепости из снега напротив друг друга и потом, прячась за стенами обкидывать с комфортом снежками противников. Разделились на две команды, притащили из дома лопаты и занялись делом. Снег хорошо лепился в кирпичи и катался в шары. Возится в снегу всегда приятно, особенно если твои планы легко реализуются. Через некоторое время «Две твердыни» стояли друг против друга. Мы готовили боезапас снежков.
Наступило сражение, но из-за того, что все прятались за стенами качественно сделанных крепостей, мало в кого можно было попасть снежками. Боезапас постепенно расстреляли и продолжение веселия в той же манере не особо то и веселило. Тут кто-то придумал пойти в рукопашную с противником и потыкать соперников мордою в снег. Обе стороны радостно согласились с таким продолжением веселия и бросились друг на друга.
Я, когда был маленький, всегда жалел своих соперников. Не бил их сильно, даже когда они пускали в ход свои кулаки. Почему-то мне было их жалко. Я был большой сильный хорошо откормленный ребёнок. И за всё время учёбы в школе девочки никогда не были выше меня. Но, в те времена, я был почему-то абсолютно не злой. Идея тыкать мордой в снег соперников мне нравилась, но как её реализовывать я не знал. Мне, для тыканья в снег, досталась эта самая незнакомая по имени девочка. Несколько раз мы уже гуляли вместе, она мне улыбалась. Но, почему-то, я не знал, как её зовут.
У меня была старшая сестра Лена. Мне нравилось с ней сражаться на подушках. Очень нравилось. Особенно колотить её подушкой. Я мог этим заниматься бесконечно, было очень весело. Но почему-то, ей это быстро надоедало, а я никогда не мог остановиться. Только когда она садилась за стол, и начинала писать заявление участковому милиционеру, я очень быстро успокаивался. И просил её не делать этого. Всё-таки советские дети уважали милицию!
То есть, теоретически, несильно бить женский пол мне нравилось. Но вот так просто сунуть мордой в снег незнакомую четырёхлетнюю девочку я был не готов. Мы стояли друг напротив друга, метрах в трёх и кидали снежки, стараясь попасть в голову. Она была точнее, и мне снег уже попал в ухо и в шею, а ей только в плечо. При этом мы улыбались друг другу.
А другие три пары ребят уже вовсю кувыркались в снегу. Кто-то был без шапки, кто-то орал дурным голосом, когда ему совали снег за шиворот. Было весело. И только мы вели дуэль, улыбаясь друг другу. Постепенно схватка затихала, все были «наевшиеся» снега, кроме нас.
Заметив эту несправедливость, предводитель нашей стороны закричал: «Засунь её мордой в снег, и за шиворот сыпани!». Тут же снежок прилетел в мою морду лица и больно стукнул в нос. Девочка попала в цель и довольная улыбалась. А я автоматически побежал вперёд, сбил её с ног, сунул лицом в снег, и хорошо напихал снега за шиворот.
Девочка в голос заревела, встала и пошла домой. Горе и обида в её громком рёве удивили всех нас. Мы чистили одежду и усталые собирались разойтись по домам. Вдруг кто-то из наших заорал: «Бежим!». Ребята, схватив свои лопаты, по тропинке понеслись прочь от футбольного поля. Мой же путь домой лежал через засыпанное снегом футбольное поле. Я жил на краю его, прямо у вышки.
«Вот он», - услышал я голос девочки, она указывала отцу на меня. В одном свитере, без шапки папа девочки бежал ко мне. Я уронил свою лопату и бежал изо всех сил к дому. С каждой секундой становилось всё страшней. Меня догоняли! Один раз я сумел оглянутся и увидел, что мужик уже близко с моей лопатой в руке! «Точно прибьёт лопатой!», - подумалось мне. Я вряд ли что мог кричать, я мог только бежать! И я бежал к своей калитке, к своему крыльцу, домой!
В калитку я успел первый, но шансов добраться до крыльца у меня не было никаких. Было очень страшно. Но, чудо, открылась дверь и появилась моя сестра. Она всё видела в окно и успела вовремя! Лена бросилась вперёд, защищая меня. Я юркнул за её спину. «Спасён, спасён!», - радость того, что я не погиб переполняла меня. Сестра была грозна и решительна, отец девочки после короткого разговора с ней удалился отдав сестре лопату. Весь остаток дня радость не покидала меня.
Разговоров о произошедшим не было никаких. Ночью спали, утром, когда я проснулся, родителей в доме почему-то не было. Я, взяв подушку, пошёл в комнату к сестре. Она ещё не проснулась. Зарычав как тигр, я стукнул её подушкой. Она мне ответила! Битва подушками продолжалась какое-то время. Потом сестра сказала, что хватит уже. И в первый раз, я безо всякой милиции унёс свою подушку и пошёл одеваться. Хорошо, когда есть старшая сестра! Милиция нам не нужна. А девочка и её родители куда-то пропали через месяц. Не все надолго приживались в нашем Большерецком совхозе!
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
Счастливый день в детском саду.
Ненавижу детский сад! Жизнь в снегу.
Детские рассказы. Большерецкий совхоз. Камчатские рассказы



Я почему-то всегда ненавидел ходить в детский сад. Мне там было скучно и грустно. Абсолютно идиотская педагогическая идея о том, что дети должны большую часть времени проводить с детьми их же возраста, глубоко повлияла на организацию всех социальных процессов. Идея очень удобная для управления примерно одного уровня развития людскими массами, но крайне вредная для развития детей.
С другой стороны, общество потребителей мало интересует развитие иных качеств детей, кроме как умения и желания потреблять как можно больше всего. Это даже вредно, если ребёнок развивается не как все. Тяжело такими личностями управлять.
В детском саду мне делать было нечего, там я отбывал свой «первый срок», по моему нынешнему мнению. Но родители работали и были вынуждены каждое утро отводить меня туда. Утренняя побудка, втряхивание в колготки абсолютно спящего ребёнка, упаковывание его одежду и, как венец системы одевания, в шубу, шарф, шапку и валенки, посадка на санки и отвоз в детский сад. И так пять дней в неделю. Правда, были варианты. Иногда отец меня отпускал меня у дверей детского сада, и я сам шёл и раздевался. Сам сдавался туда. Тут я мог минут двадцать предварительно погулять как человек, один. Мать же никогда не допускала такой вольности и сама переодевала меня и сдавала в группу.
В тот прекрасный день в детский сад доставлял меня отец. У его ограды отдал мне санки и пошёл работать в свою школу. А я задумался. Перспектива идти в детский садик мне крайне не нравилась. И я решил посидеть, подумать в домике, на игровой площадке. По-хозяйски занёс туда санки. И стал думать, как жить дальше. Домик был новый, построенный осенью. Было в нём два недостатка – не было двери и окна. Проёмы были, а дверей не было! Ветер дул. Под ветром думать было неприятно.
Было ещё темно, я рискнул сходить к магазину на поиски стройматериалов. Иногда, воспитательницы, заметив меня гуляющего под окнами, забирали в детский сад. Им хотелось всех быстрее накормить и напоить рыбьим жиром. Есть утром я не хотел, но рыбий жир всегда пил, мне он нравился. Иногда даже три ложки умудрялся выпить, просил - давали. При норме одна ложка на ребёнка. Много его пить не давали, жалели. А другим детям он вообще не нравился. Им пихали. Нет справедливости в детских садах!
Стройматериал хороший я нашел – картонные коробки от тушенки, набрал их много и притащил к себе в домик. Утеплил его. Ветра не было, жить стало веселее, и думать, как дальше жить, стало намного приятнее. Я для себя понял одно – сегодня не хочу, просто не могу идти в детский сад! Кончились мои силы терпеть его. Хоть денёчек без него поживу, как человек. Дом у меня есть, есть я не хочу, в туалет можно без проблем и на улице сходить! Что ещё настоящему мужчине надо для счастья?!
Была одна проблема, перед обеденным сном выводили детей на прогулку. Могли повязать и утащить в садик. Ещё иногда, после ужина, выводили гулять, прямо на улице раздавали родителям. Но до обеда ещё было время пожить! Мне было хорошо, я абсолютно не мёрз, моя шуба и валенки обеспечивали устойчивость к холоду. Да и холодов особых на Камчатке никогда не было. Ветер сильный часто, снега много падало, а морозов особых и не помню.
Но мне очень сильно повезло в тот замечательный день, в Большерецком совхозе запуржило! Был критерий один, если вытягиваешь руку и не видишь ладони, то хорошая пурга, сильная. А если видишь, то похуже, слабая. Я в свои годы хорошо этот критерий знал и периодически вылазил из домика и проверял силу пурги. Пурга становилась все сильнее и сильнее - мне становилось всё веселее и веселее. Когда из глаз скрылось здание садика, моему восторгу не было предела! Я могу гулять незамеченным из окон воспитателями! Детсадовских не выведут на прогулку, это точно! Я стал гулять, кататься и забавляться на детской площадке один. Было очень хорошо. Гулял долго, стало темно. Периодически отдыхал в своём домике.
Как хорошо было помечтать, что бы вместо детского сада меня отводили на весь день в этот домик! Мой личный домик. Вот было бы счастье великое. От радости свободной жизни мне не хотелось абсолютно есть. Ветер меня тоже не смущал, если ты свободный человек, то ветер тоже свободный. И вы братья, друг друга не обидите!
Свет в окошках детского сада был различим из моего укрытия. Но идущих людей не было видно. А моги уже пойти люди за своими детьми! Мне бы папу своего не пропустить! Пришлось выбраться из своего домика. Сначала я прятался за углом детского садика, потом в сугробе вырыл яму и из нее наблюдал преходящих и разбирающих своих детей взрослых. Время и порядок разбора детей обычно был схожими и неизменными. Когда пришло «моё время», я вылез из сугроба и, везя саночки, двинулся навстречу отцу. И скоро его встретил. Вместе мы пришли домой.
Я был абсолютно счастлив. Хорошо поужинал и довольный уснул. А утром мама повезла меня в детский сад. И счастья больше никогда такого уже не получалось. Редко теперь утром папа возил меня в детский сад, обычно мама. А если и возил, то ждал, пока я зайду внутрь. Но, что тут поделаешь! У меня хоть был ОДИН счастливый день в детском саду. А другие дети и такого не имели! А так хочется простого человеческого счастья в четыре года!
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
«Глупенький» Путинцев и бес-противоречия.
Большерецкий совхоз. Камчатские рассказы.

Путинцев меня реально бесил! С первого дня знакомства. С первой минуты общения. А познакомились мы с ним в три моих года. Путинцев дружил с моим папой и приехал с какой-то инспекцией в нашу школу. Увидев меня, он разулыбался и стал осматривать со всех сторон. Потом спросил, как меня зовут. Я ответил, что меня зовут Ваня.
-Ты не Ваня, ты Наташа! – Неожиданно высказался Путинцев.- Не Ивашка, а Наташка!
-Я –Ваня! Мальчик. А Наташа – девочка! – Пытался я ему объяснить, как на самом деле обстоят дела.
-Ты красивая девочка Наташа! – Гнул он своё.
-Я - Ваня, Мальчик! – Не сдавался я.
-Сколько тебе лет, Наташа?
-Я мальчик, зовут меня Ваня, мне три года!
И так продолжаться могло часами. Ничего объяснить этому Путинцеву мне не удавалось. Я даже злиться начинал. Просто бес какой-то в меня вселялся! Но Путинцев только улыбался. Он вообще был хороший. Мы весело играли, когда он не называл меня Наташей. Когда же он называл меня Наташей, то бес противоречия вселялся в меня. Я доказывал ему, что я мальчик Ваня! А это вроде бы и доказательств не требовало. Все знали этот факт, кроме Путинцева.
Прошёл год, я вырос и окреп. К нам опять приехал Путинцев.
-Здравствуй, Наташа!- радостно улыбаясь произнёс он увидев меня.
-Я не Наташа, я – Ваня! Мальчик. – Противоречил я ему.
Я не смог даже с ним поздороваться. Из-за своего беса-противоречия. Про этого беса мне много рассказывала моя мама, я всегда ей противоречил! Видимо, во всём был виноват этот самый бес. Бес-противоречия. Он меня бесил при разговорах с Путинцевым!
-Как ты выросла, Наташа. Как похорошела! - продолжал своё Путинцев.
-Я Ваня.
- Как провела лето, Наташа?
-Я –Ваня. Мальчик. Наташа – это девочка! Я хорошо провёл лето!
Бестолковый всё же был Путинцев. Запомнить даже моё имя не мог! И я его решил научить, что меня зовут Ваня. Мои родители этому его учить не хотели, у них дел и так много, а я начу!
Когда я его видел, я сразу начинал повторять: «Я –Ваня. Мальчик. Меня зовут Ваня. Мне четыре года. Наташа – это девочка. Я не знаю Наташу. Я – Ваня!» Из-за своего беса-противоречия я старался не дать возможности говорить Путинцеву. Но он всё никак не мог запомнить простые вещи! Он говорил маме, что у неё очень хорошая и красивая девочка Наташа растёт! Все смеялись. А я бесился и бубнил своё.
Мне было уже пять лет. Я много познал в этой жизни и был мудр не по годам. А Путинцев совершенно не изменился! Он нас встречал в аэропорту «Елизово» на «Волге» с водителем. Мы прилетели с материка, из отпуска. Увидев меня, он широко улыбнулся и поздоровался: «Здравствуй, Наташа!» Всё-таки очень бестолковый этот Путинцев был. Хотя работал заместителем заведующего Облано. Просвещением детей занимался, школами разными. Что с ним делать, как его научить, как объяснить ему, что я не Наташа, а Ваня, я не знал. Но ответить я ему смог достойно : «Здравствуй, Путинцев!» Очень вежливо, хотя бес-противоречия хотел объяснять Путинцеву своё: « Я – Ваня, мальчик. Я не Наташа. Наташа – девочка. Меня зовут Ваня. Мне пять лет…» Но я уже научился контролировать своих бесов. Годы и опыт жизни – великая вещь!
-Как отдохнула летом, Наташа?
-Я отдохнул хорошо.
-А где Наташа отдыхала?
-Мальчик Ваня отдыхал у бабушки, а где Наташа отдыхала, я не знаю!
-Что делала летом Наташа? – Не сдавался Путинцев.
-Мальчик Ваня летом ловил рыбу, ходил в лес, читал книжки. А глупая девочка Наташа сидела дома, в носу ковыряла! – Наконец-то мне удалось найти верный тон в общении с Путинцевым. И я почти не бесился!
В тот год до Большерецкого совхоза можно уже было доехать даже на «Волге»! Построили мост и дорогу от Петропавловска-Камчатского до Усть-Большерецка. Ну, мы и поехали в мой родной Большерецкий совхоз. Ехали больше четырёх часов. Всю дорогу мои родители разговаривали с Путинцевым, про девочку Наташу Путинцев тоже не забывал. Я никогда не думал, что так много знаю про девочку Наташу! На фоне мальчика Вани девочка Наташа выглядела очень бледно и неказисто! Один раз мы останавливались на дороге, и все мужчины дружно ходили в кусты в туалет. Я думал, что хоть это убедит Путинцева, что я мальчик! Но его ничего не убеждало. Он жил в каком-то своём мире, где его интересовала только какая-то девочка Наташа!
Доехали, разместились у нас. Я долго не мог заснуть и всё думал о Путинциве. Человек он хороший, добрый, весёлый. Но до чего же он глупый! Научить его трудно, хуже собаки. Собаку лапу подавать, очень легко научить, а объяснить Путинцеву, что я мальчик, и меня зовут Ваня, наверное, невозможно. Что же ему такого сделала девочка Наташа, что он только о ней и говорить может?! Или всё дело в Облано, где он работает? Может быть, туда специально таких подбирают?! Хотя Облано Камчатской области тут не причём. Вот, например Лельчук, заведующий Облано. Сразу и имя моё запомнил и не сомневается в том, что я мальчик и сколько лет мне знает. Умного человека сразу видно. Лельчук – умный, а Путинцев –глупенький. Каждый год спрашивает, сколько мне лет. Считать наверно не умеет вообще. Даже по одному прибавлять не способен. Но он весёлый, с ним играть интересно. Не буду ему противоречить. Хочет говорить о Наташе – буду с ним говорить, что бы его не расстраивать. Ему же интересно так!
С высоты своих пяти лет я трезво оценивал ситуацию. Лельчук однозначно оказался умным! Заведующий отделом народного образования Камчатского облисполкома Л.П.Лельчук и книги писал, и заместителем губернатора был! И Камчатское землячество «Гамулы» возглавляет до сих пор.
А вот на счёт В.Г. Путинцева я тогда в своих рассуждениях однозначно ошибался. Не могу без улыбки вспоминать наше общение. Он точно не глупенький был, раз от беса-противоречия смог меня избавить!
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 613
Осетрина на Дальнем озере. Камчатские рассказы.
Детские рассказы

Стояло 1-е сентября 1977 года. Приморский, он же Петропавловск-Камчатский-50, он же Вилючинск, он же… был наполнен суетой начала школьного сезона. Окрестности же были, в свою очередь, полны грибами. Так что я с приятелем сразу же после школы отправился их собирать. Прогулка и незатейливая болтовня приносили ещё и ведро-другое грибов ежедневно, безо всякого напряга. А отношения с грибами у меня были особые.
Побродив немного по лесу, мы вышли к Дальнему озеру. Солнечный свет пронизывал насквозь воду, и даже на глубине нескольких метров было всё видно. Всегда холодная и прозрачная вода привлекала внимание и, автоматически, хотелось увидеть, разглядеть тех, кто в её толще обитает. Подсмотреть их тайны.
Обычно красная рыба заходила на нерест в это озеро. Кто-то зимой ловил гольцов в лунках, пробуренных сквозь лёд, я видел. Но активной рыбалки на озере никогда не было. Во-первых, было не очень удобно ловить там рыбу – подходов к воде было мало, и они были неудобные, во-вторых, это было запрещено. Об этом. Видимо, говорилось в всегда расстрелянных меткими снайперами - охотниками за зайцами и лисами табличках, висевших на пути к Дальнему озеру. Прочитать текст не было возможности, но что ещё можно было запрещать?!
Я был в сапогах, вчера ведь ещё шёл дождь, и дороги в лесу, и растительность были мокрыми. Я зашел немного в озеро, что бы попить воды. Пока я пил, черпая прямо ладонью вкусную и холодную воду из озера, ничего не замечал. В отличие от бурных камчатских рек, где течение буквально сбивает тебя с ног, стоять в озере в воде было просто. Но тут кто-то ударил меня по сапогу. Не двигаясь, я посмотрел туда и был поражён. Это была рыба! Ладно бы, какая-нибудь полудохлая красная, это ещё понять можно. Но рыба была небольшая и странная. Точно не голец или микижа, и не хариус. Те, не такие дуры, что бы на мелководье подплывать к человеку. Рыба была не наша, я это сразу почувствовал.
Рыбак я был в те времена безжалостный, азартный. Мне хотелось всех поймать и, по возможности, съёсть. Моя реакция была быстра. Я выхватил из воды рыбу и вышвырнул на берег. Схватить рыбу в воде просто, но вот удержать её потом, когда она уже сообразила, что поймана, очень трудно. Как опытный медведь-рыболов, я не сходил с места и осматривался. Появились новые рыбы, и они плыли к моим сапогам! А я их уже ждал, и на берег летели всё новые и новые глупые странные рыбы.
Хорошая была та охота! Вернее рыбалка. Штук десять рыб я выхватил из воды голыми руками, на сковородку-другую должно было хватить. Я просто светился от гордости. Но руки ломило от холода, да и ноги сильно замёрзли от долгого стояния в ледяной воде. Так что, по техническим причинам, рыбалка была прекращена.
Грибами тоже было всё забито, так что после озера мы прямиком пошли по домам. Приятель был странный, не интересовался рыбалкой, на пирс, даже ближний не ходил ловить рыбу. Это теперь на Ближний пирс выползают различные большие морские животные отдохнуть. В 1977 году ж постоянно причаливали и отходили катера до Петропавловска (Питера). Приморский был тоже «Питер», хотя и 50,а на Морвокзале в расписании катеров так и было написано: «Петропавловск – Приморский». А уж рыбаков на пирсах, что на Ближнем, что на Дальнем в Тарье, было много всегда. От причитающейся ему части улова, приятель мой отказался, хотя на берегу собирал рыбу и не давал ей вернуться в озеро он.
Дома я уже внимательно рассмотрел этих странных рыб. У них были усы и какое-то злое выражение морды лица. Да и с чешуёй у них были проблемы. Мне казалось, что где-то недавно я такие морды уже видел. Но где?!
Пришёл с работы домой отец, я ему похвастался своей добычей. Он был очень удивлён.
- Где ты поймал их?
- На Дальнем.
- Как поймал?
- Руками.
- Осетров поймать руками на Камчатке!Здорово.
Тут я понял, где встречался с этими чудными рыбами. Это было в Волгограде, на шлюзах, обложенном бетонными плитами канале, где я отдыхал летом. По-моему, это был остров Зелёный. Кто-то там тащил огромного осетра больше двух метров в длину. Чудовище было ещё живое, и группа товарищей, непонятно как поймавших его, спешили утащить с глаз людей эту махину. Но им было тяжело, осётр был крупный и мероприятие затянулось. В конце концов, они справились с этим делом. Мои же рыбы, по сравнению с тем чудищем, были просто крошками!
Зажарили, съели. Потом папа выяснил, что это эксперименты «Профессорки». Была такая станция научная на Дальнем озере ещё со времён Великой Отечественной Войны. То пихту грациозную у себя посадят, хотя она растёт только в Долине гейзеров, то осетров запустят в наше Дальнее озеро. Одним словом, экспериментаторы.
Лично я против такого, если бы такие чудища развелись в озере, то сожрали бы всех местных. А я категорически против притеснения местных. Даже если они и рыбы! Очень уж недобрые лица у этих осетров были. Но прижиться на Дальнем они так и не смогли, или не успели.
Редактировалось: 2 раз (Последний: 4 декабря 2017 в 14:08)
В начало страницы 
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.