18+

 Добро пожаловать!

 Мы рады приветствовать Вас.  Зарегистрируйтесь и получите на свой e-mail письмо с инструкцией по активации учётной записи. Активируйте свою учётную запись и Вам станут доступны все функции сайта.  Вы сможете завести блог, загружать фотографии и общаться с друзьями.

 

Детские истории

  
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 921
Детские рассказы. «Выставка Буратино». Ненавижу!

И.Д.Степанов

В советские времена была телевизионная передача «Выставка Буратино». «Высто-буро, высто-буро, высто-Буратино! Малышата нам прислали разные картины…»- с такой прекрасной песенки начиналась эта передача.
Я родился и жил до 7 лет в очень глухой деревне. Туда можно было долететь только на кукурузнике, а потом на тракторе или уазике ехать ещё 20 километров по бездорожью. Когда мне было лет пять, приёмник стал ловить радиостанцию «Маяк». И ещё мы купили холодильник. Цивилизация наступала. Телевизора не было. Вернее купить его было можно, но он ничего показать не мог физически, так как сигнал не поступал. Но к нам уже строили дорогу. Мне всё нравилось на моей родине, но почему-то мы переехали жить в город.
Сразу же купили телевизор. Я его стал его смотреть. В одном из выпусков ведущий рассказывал о девочке из очень далёкого села в Вологодской области, которой нравится рисовать. Она прислала на передачу ЦЕЛЫХ двадцать работ! И их демонстрировали. И фотографию девочки показывали, и даже ей какие-то подарки послали! А рисунки были так себе, на мой взгляд. Да и девочка была уже старая, лет девяти…
Я был под впечатлением увиденного. Вологодскую область я хорошо знал, как и географию всего мира. В моём понимании Вологодская область была самым центром Советского Союза! Не то, что моё место рождения! За вечер у меня созрел чёткий план, как прославится на весь Советский Союз. И я тут же приступил к осуществлению своего амбициозного проекта.
Я решил, что ЦЕЛЫХ двадцать работ легко побьёт триста рисунков.
Я тут же написал слёзное сопроводительное письмо о том, что я жил целых семь лет без телевизора и радио. Без дорог, в лесу около тундры и рек. И все эти годы жизни меня радовало одно лишь рисование. И я всё время рисовал. Впервые увидев телевизор, после нашего переезда в город, я был очарован передачей «Выставка Буратино». И из многих моих работ я тщательно отобрал триста, специально для показа по телевизору. Нашёл большую красивую фотографию себя.
Оставалось совсем немного - нарисовать эти триста картин. У меня были акварельные краски, цветные карандаши, простой карандаш и фломастеры. Листов ватмана различных размеров тоже дома у нас хватало. Я с рвением взялся за дело. Первые кончились фломастеры. Новые, по тем временам, купить было не просто. Но родители где-то достали еще две пачки. Их постигла та же судьба.
Где-то после пятидесяти первых моих произведений стали истощаться сюжеты. Курская битва – танковые сражении и воздушные бои самолётов даже мне стали казаться неинтересными. Сюжеты сказок тоже были не бесконечны – рисовать битву с драконом и Конька- горбунка два раза подряд, было неинтересно. Римские легионеры, бьющиеся со всеми иными воинами, уже не вдохновляли. Рисунки акварелью были разложены по всей квартире и сохли. Причём иногда деформировались при этом. Я их после высыхания разглаживал утюгом. К каждой картинке, требовалась подпись. По условиям этой самой «Высто-буро…»
Я перешёл на сюжеты по типу : «Тракторист едет на тракторе», «Доярка доит корову», «Рыбак ловит рыбу», «Сталевар варит сталь», «Учёный занимается наукой», «Учительница учит учеников»…. К началу третей сотни моих нетленных произведений это тоже кончилось. Я перелистовал журналы «Костёр» и «Пионер», смотрел газету «Правда», журналы «Огонёк» и «Работница». Выискивал свежие, ещё не освоенные мною сюжеты. Никогда не думал, что это такая проблема, для художника иметь сюжет. Но путь к славе не лёгок.
Стал заниматься плагиатом или скорее подражательством. По новому изобразил картину «Мишки в сосновом бору» назвав её «Мишки утром». Появились картины: «Шторм», «Грачи», «Двоечник», «Утро девочки», «Уборка хлеба», «Девушка с веткой», «Сватовство», «Наездница» ( по мотивам «Девятый вал», «Грачи прилетели», «Опять двойка», «Утро», «Хлеб», «Девушка с кленовой веткой», «Сватовство майора», «Всадница» ) и многие другие. Но и альбомы с репродукциями не бесконечны. Из церковной иконописи у меня ничего не получилось скомпилировать. Альбомы есть – толку нет!
Оставалось до заветной цифры около тридцати произведений. Я выдыхался. Но не сдавался! У меня была детская энциклопедия. Последние сюжеты были взяты оттуда. Я помню шедевры типа « Устройства атома воды» и «Конструкция радио»… Там с сюжетами и их новизной было всё хорошо! Я понял, что значит, второе дыхание! Я бы мог ещё многое создать. Но кончались карандаши, часть акварельных сюжетов шла в трех цветах и родители смотрели на меня с долей подозрения. Две недели пролетели как один миг.
Дальше было дело техники. Упаковали мы все это богатство вместе с ОПИСЬЮ вложения на почте. Бандероль была отослана точно на адрес, указанный в программе «Выставка Буратино». С уведомлением о вручении! Нельзя всё пускать на самотёк.
И я стал ждать славы. Раз в неделю, по воскресеньям. Пришло уведомление, что бандероль вручена адресату. Я ждал. Прошло полгода. Ничего. Ни славы, не упоминания, ни письма. Вот так, там в Москве относятся к ребёнку из глухой деревни!!! Возмущению моему не было предела, я понимал, что работы мне не вернут. Об этом говорилось, что работы не рецензируются и не отправляются обратно. А свои произведения я искренне полюбил, они мне тяжело дались.
Я объявил бойкот этой передаче. Всех, встреченных мною детей я строго опрашивал, смотрят ли они «Выставку Буратино». Большинство, как оказалось, не смотрело. «Не надо смотреть, лучше гулять!» - убеждал я редких любителей «Высто-буро». «Они там детей обманывают, работы воруют и всё у них по-блату!»
Так я не стал художником, даже не пошёл учиться в художественную школу. Принципиально!




Еноты в Июне
Еноты в мае
Еноты в апреле
Мишки в мае
Мишки а апреле
Мишьен в мае
Мишьен в Апреле

Важная тема для енотов
Редактировалось: 1 раз (Последний: 17 июля 2017 в 11:50)
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 921
Детские рассказы. Особые отношения с грибами.


Одно время я был совсем маленький и ездил в коляске-люльке. Но это не значит что я ничего не помню из того периода жизни. Помню не очень много, но есть факты, которые забыть просто невозможно.
Как-то, когда мне было около десяти месяцев меня мама и папа повезли в этой коляске-люльке гулять в близлежащую тундру. В нашей деревне на Камчатке был следующий набор мест для прогулок – берега речек, лес, полянки, дорога центральная в деревне и тундра. В этот раз мы поехали гулять в тундру. Дул лёгкий ветер и комаров точно не было. Бывает и такое, что в тундре без комаров. Ещё светило солнце и было сухо. Начало сентября или конец августа.
Можно конечно сомневаться в этих моих воспоминаниях, но сомневаться могут только неграмотные в научных достижениях люди. Дело в том, что при любом воспоминании оно полностью перезаписывается в сознании. Полностью! Воспоминания не хранятся, как в компьютере на жестком диске хранится цифровая информация. При воспоминании происходит полное перезаписывание информации. Иногда добавляются что-то новенькое, но это суть тоже воспоминание. И, объективности ради, оно для нас ничем не отличается от более ранних. Поэтому старые люди в процессе жизни, вспоминая одно и то же событие, корректируют его с современной точкой зрения. И если существует объективный контроль за различными по времени воспоминаниями одного и того же события одним и тем же человеком, легко можно обнаружить разные версии воспоминания. Поэтому показаниям свидетелей в судебной системе не очень доверяют, и ценны наиболее ранние зафиксированные показания. Потом часто они модифицируются и улучшаются. Так уж устроена память человека, в этом нет ничего страшного, если в курсе этого процесса. И я такой же, как все люди.
Вдруг папа увидел подосиновик на ближайшей кочке. Подосиновик был прекрасен и мгновенно стал наш. Папа традиционно носил в кармане перочинный складной ножик, так что всё было сделано по законам опытных грибников. Грибы любят уважительное отношение к себе. Да кто же не любит уважительное отношение?!
С точки зрения специалистов по изучению грибов – микологов, грибы – это отдельный мир, со своими законами и понятиями. Там много такого наворочено, что иногда думаешь, не объелись ли некоторых специальных грибов эти специалисты?! Я вынес одно, что грибы вполне разумны в своём поведении. Или я вынес это из произведений уважаемого мною Тейяр де Шардена?! В общем-то, не суть важно. Важно то что, мои родители всегда уважали грибы и грибы платили им тем же. Ни разу никого не отравили из моей семьи, кроме меня. Но в этом тоже я вижу высший смысл.
Сбор грибов в тундре отличается от сбора грибов в лесу. Во-первых, грибы в тундре были совсем не червивые. Любых размеров гриб, если не особенно старый годится в пищу. Это уже большая радость для грибника недостижимая в лесной зоне. Во-вторых, технология сбора иная. Найдя один гриб на кочке надо его срезать, встать на кочку, оглядеться по сторонам и идти к следующему. Просто, без суеты, но чувство восторга никто не отменял. Подосиновики сами по себе красивые грибы. А тут они были один краше другого. Восторг моих родителей я чувствовал, он передавался мне, я помню кожей это радостное возбуждение. Центром сбора грибов стал я – носиться с коляской по кочкам было неудобно, и родители стаскивали грибы ко мне. Просто обкладывали ими меня и коляску. Первые были положены прямо ко мне в люльку. Помню их запах и вид. Я их трогал и улыбался, а не орал, как обычно, во всю глотку. Это тоже вдохновляло моих родителей, но они об этом не думали, они были поглощены грибами. Грибы взяли их в плен. Семья действовала слаженной командой. Папа занимался резнёй, мама несла вырезанные грибы ко мне. Она никогда не стеснялась проявлять свою радость и восхищение, и щедро делилась со мной своими эмоциями. Такого подъёма положительных эмоций я ещё не ощущал прежде. Было радостно, я уже смеялся в голос.
Но все кончается. Наступал вечер. Группировка подосиновиков была вырезана. Гора грибов окружала мою коляску. Встал практический вопрос, как это все доставить домой?! Папа снял рубашку, оставшись в майке и пиджаке. Соорудил из неё импровизированный рюкзак для переноски грибов. Наполнил её. Забрали мои запасные пелёнки – в те времена не было памперсов. Соорудили из них какой-то мешок. Набили грибами. Маму раздевать не стали, наверное, все одетое на неё было неудобно для переноски грибов. Но гора грибов практически не уменьшилась. Они обратили взгляд на меня и мою собственность – коляску. Действовали решительно – вытащили меня и набили коляску грибами. Я был не готов к такому повороту дел – грибы грибами, а коляска моя. Даже то, что я, хорошо откормленный младенец, был на ручках у мамы, не очень примиряла меня с действительностью. Одно дело, когда ты центр грибного веселья, а другое – когда грибы в коляске, и все суетятся вокруг грибов, а ты так. На ручках. Запоздалая моя реакция - заорать и обдуться тоже не дали никакого эффекта. Мама сурово заметила, что мокрым буду до дома и хоть оборись, не до тебя.
Где-то половина грибов осталась в куче, а остальных, вместе со мной они потащили домой. Я орал изо всех сил, мама почти бежала впереди. За нею поспевал папа, с рубашкой полной грибов за спиной, коляской набитой с верхом грибами и пелёнками в каждой руке, полными грибов. Я сконцентрировался на орании и остаток дня уже не помню. По рассказам других участников событий, папа сходил за грибами ещё раз. Измерили добычу – семнадцать ведер.
Но на всю жизнь у меня остались особые отношения с грибами. С одной стороны, я не склонен возбуждаться при возможности их сбора – я запомнил, как они ловко умеют перехватывать внимание, которое принадлежит мне. С другой стороны, я помню радость всей семьи, и в рамках семьи я иногда готов предаваться резне грибов. Но сам почти никогда не хожу за ними. Слишком хорошо я помню обиду, нанесённую грибным сообществом мне в раннем детстве. И не готов вестись на их нехитрые приёмы. Цифра семнадцать вёдер грибов тоже стала для меня значимой. Уже дважды в своей жизни я собирал по 17 вёдер грибов. Надеюсь, что по закону парности событий, мне больше этого делать не придётся. Или для тех, кто считает, что третий раз не миновать, я трижды принимал участие в акциях по изъятию из мира природы в мир людей 17 вёдер грибов.
Но я навсегда запомнил молодых и счастливых родителей, счастливого себя. Чувствую эти эмоции при воспоминаниях об этом событии. Первое чувство большого совместного счастья в своей жизни. Спасибо за это грибам.




Редактировалось: 1 раз (Последний: 4 августа 2017 в 12:34)
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 921

Как я вступил в печально известную банду.
В банде состою с пяти лет.
Камчатские рассказы.
Детские рассказы.




«В сибирской глуши я преследую одну из печально
известных банд камчатских браконьеров»

Из американского культурно-просветительского
фильма показанного на телеканале «Че» 3 сенября 2017г.

Мне было пять лет, я жил на Камчатке, в Усть-Большерецком совхозе всего в 200 километров от Петропавловска-Камчатского. Была даже грунтовая дорога, её построили два года тому назад. Так что глухими наши места были не очень. Ещё не посещал мою деревню президент Финляндии Урхо Кекконен с целью рыбной ловли. Ещё не переименовали её в поселение «Кавалерское», ещё был совхоз и социализм с человеческим лицом.
Все, или почти все, жители нашей деревни были рыбаками и охотниками. Но мой отец не был охотником. Я этим страшно возмущался, добыча медведей и уток мне казались очень полезным для хозяйства делом. Отец же мне отвечал, что убивать людей ему надоело, и без весомых причин он это делать не будет, а звери ему вообще ничего плохого не сделали. Даже ружья у нас дома не было, а кому не хочется иметь дома ружьё?! Мне очень хотелось. Рыбаком отец был страстным, как и я. Но я не помню, что бы он ловил рыбу на Камчатке! Наш сосед и однофамилиц Владимир Викторович всегда ловил и ловил много. И у нас всегда была рыба в доме. Дом же был на две семьи!
Каждый год мы ездили в отпуск на материк, в Подмосковье. Отпуск начинался с покупки удочек разных видов и размеров, спиннингов, крючков, лесок, мормышек. Это было очень приятно и интересно. Но обычно всё это оставалось в доме у бабушки. В этот же отпуск папа привёз с собой на Камчатку спиннинг и несколько катушек, много блёсен и лески. Ещё в самолёте я предвкушал рыбалку. В силу возраста без отца мне это занятие было недоступно.
В середине сентября мы стали собираться на первую для меня камчатскую рыбалку. Снаряжали необычно большие крючки, внизу вешали много груза и, обязательно, тройник. Крутили колобки из капрона, вырезанного из женских колгот и старой красной икры. Никаких поплавков! Очень все необычно было для меня. Почему же отец решил идти рыбачить? Может рыбы никто не приносит?! Наш сосед, Владимир Викторович, с семьёй переехал летом жить в посёлок Раздольный. Я не вдавался тогда в причины происходящего, но в любом случае, я был счастлив!
Пошли на речку, но не на ближайшую, а в километрах двух - трёх от дома. Стали ловить на удочку гольцов и микижу (речную форель). Ловить было просто, в прозрачной воде было всё хорошо видно. Как только толпа разных рыб собиралась у колобка из икры, надо было подсекать. И почти каждый раз кто-нибудь попадался. В основном это была мелюзга. Я с увлечением занимался этим делом, предвкушая вкусных мелких жареных гольцов на сковородке. Вверх по речке поднимался кужуч. Преодолевая течение, пяти килограммовые рыбины высоко выпрыгивали из воды.
Отец взял спиннинг и стал пытаться их поймать на блесну. Поймал большого гольца почти с первого заброса. Потом зацепил кижуча, но тот ушёл, разогнув проволоку у блесны, на которой крепился тройник. Отец чинил блесну, когда мы услышали шум лодочного мотора. Потом увидели лодку – к берегу подъехали местные рыбаки. Они предложили вместе поехать подальше, как я помню, на реку Плотникова. Там, в одном месте, есть хороший плёс для ловли на спиннинг. Сами мужики такой ерундой не баловались – они собирались там поставить сетку. Мы согласились и загрузились в лодку.
Ловля красной рыбы в те времена была запрещена. Рыбы было мало. Её поголовье пытались восстановить запретительными мерами. Японцы, глубоко культурные и цивилизованные, прямо в океане разворачивали километры сетей прямо на пути миграции красной рыбы и вылавливали её по возможности всю. Дело происходило в нейтральных водах, сделать с японскими рыбаками никто ничего не мог. Но в 1973 году, как я помню, была заключена международная конвенция по регулированию этих процессов между СССР, Канадой, США и Японией. Японцы крупно вредили рыбным запасам не только СССР, но и Канады с США. Видимо, те и были главными «уговорщиками» японцев. Потому что это дело продолжалось долго и имело большой резонанс тогда. В той конвенции указывалось, что исключение из полного запрета на лов красной рыбы в местах нереста составляет её лов коренными народами, традиционным питанием которых является красная рыба. Местные жители. Как я помню, Владимир Викторович говорил, что он входит в эту категорию и какие-то там разрешения имеет. Я тоже был местным народом, родился на Камчатке и любил есть рыбу! Но, к сожалению, ещё был слишком мал, для того, что бы качать свои права.
К слову сказать, никого особенно из местных это не волновало. Всегда ловили сколько надо себе и на корм собакам и кошкам. А как же жить иначе?! Торговли особой рыбой и икрой не вели, так что вряд ли серьёзно угрожали рыбным запасам. Хотя ловили сетями, но исключительно для экономии времени. Правда, были рыбнадзоры, несколько человек на Усть-Большерецкий район. Но их все знали и договаривались по-человечески в те времена. Рыбнадзоры тоже люди, и притом местные. Жили по понятиям. Но в начале семидесятых придумали варварскую штуку – местных рыбнадзоров посылать на Сахалин, где никого не знают, а на Камчатку стали слать рыбнадзоров из Приморья. Актов о нарушении стало больше. Ситуация напряжённее и конфликтнее. Иногда от нервов люди стали стрелять. Вопрос еды – серьёзный вопрос и требует известной деликатности.
Доехали мы до места быстро. Мужики стали ставить свои сети за мыском. Мы с отцом нашли удобное место. Рыбалка сразу пошла веселее. Я быстро поймал две здоровенные микижи, отец же вытащил на укреплённую блесну кижуча. Зацепил второго и боролся с ним. В это время послышался шумы моторов и с разных сторон появились две лодки. Лодки были алюминиевые, не местные. Все местные лодки известны. Со стороны мужиков мы услышали крик: «Рыбнадзор! Прячьтесь!»
Отец крикнул мне: «Беги!». Я бросил удочку в кусты, она была вырезана из подобного материала и не выделялась особенно. Побежал в шеломайник (лабазник камчатский). Это растение достигает трёх метров в высоту, такие травяные камчатские заросли. Фиг кого там найдёшь, хотя можно легко на медведя наткнуться. Медведи там любят спать- сухо и мягко, ветер не дует. Пробежал метров 30, присел в траве, стал абсолютно незаметно ждать отца. Через несколько минут услышал шум от пробиравшегося сквозь шеломайник существа. Тихо и аккуратно выдвинулся вперёд. Это был отец.
Спрятав спиннинг, орудие запрещённого лова, и двух кижучей – свидетелей нарушения, мы с отцом спокойно вышли из зарослей. Взяли мою удочку и пошли к лодке наших товарищей. Рыбнадзоры уже уезжали, на нас не обратили никакого внимания. Да и понятно, раз спокойно люди идут, значит, всё уже спрятали. Мужики громко ругались. Им было жаль сетку. Рыбнадзоры забрали её, типа орудие преступного лова. А они даже и поймать ничего не успели! Беспредел! Сетки дорогие воруют! В засаде сидели, подлые.
Отец сходил за рыбою и спиннингом. Поехали к дому. Выходя из лодки отец оставил мужикам одну рыбину – разделил поровну добычу. Мужики не отказались. Признак банды был на лицо – делёж добычи на всех. Так я вошёл в «печально известную банду камчатских браконьеров». Мужики уже перестали злиться, были просто печальные. Известны они были всем – и рыбнадзорам и мне. Мы были все камчатские, местные. Конечно браконьеры согласно законодательству, по-другому не бывает. Вечером, найдя рыбнадзоров, мужики за бутылку и 10 рублей вернули себе свою сеть. Промысел продолжался, к нам домой часто заносили хвост-другой. Сетей у нас не было, а без свежей рыбы грустно жить, вот и делились добычей. Если дома был отец, он всегда угощал товарищей спиртом.
И ещё в эту банду чуть позже вступил Урхо Кекконен, президент Финляндии с 1956 по 1982 год. Приезжал к нам в деревню лосось ловить (красную рыбу). Его эти люди тоже возили на рыбалку и пили вместе, и браконьерничали. Значит, и он из нашей банды тоже.
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 921
Детские рассказы. Переславские рассказы. Где кормятся налимы.


Когда мне было пять лет, я традиционно проводил лето у бабы Мани. Жил на улице Кошелёвской. Там же летом жили старшие двоюродные братья – Миша и Саша. Обычным нашим времяпровождением была рыбалка. Чаще всего рыбачили на речке Трубеж.
Почему-то лучше всего клевало со стороны фабрики №5(фабрика №5 сейчас называется «Лит»), напротив Лабаза. Попасть туда со стороны Кривоколенного переулка было можно тремя путями: обойти выше или ниже по течению по мостам, или же по трубам теплотрассы от городской бани. Братья, конечно же, ходили по трубам. Мне в силу роста и возраста было сложно залезать и спускаться самостоятельно на эти трубы по их опорам. Но я старался изо всех сил! И братья порой мне помогали, а порой и нет. Я царапался о железные конструкции, ставил себе синяки, но упорно шёл за ними.
Раз как-то попытался обойти по центральному мосту, но мне не понравилось. Это было долго и не интересно. А залезть на трубы теплотрассы было ещё полдела. Никакого ограждения не было, никаких там досточек внизу. Надо было идти прямо по обитой блестящей и скользкой жестью трубе, сохраняя равновесие через всю широкую реку. Можно было и не дойти – упасть. Из-за этого братья и наблюдали за мной. Я не умел плавать! Если бы умел – они бы особо не беспокоились. Ну упал, ну выплыл! А так ожидание меня, аккуратно и медленно переползавшего реку по трубам, иногда в дождь даже на четвереньках, слегка действовало им на нервы. Гораздо удобнее было заставить меня обходить по мосту это место. Но как это было сделать?!
-Упадёт и утонет точно! –Говорил Саша стоя уже на берегу и наблюдая за моими мелкими шажками по трубе.
-Да нет, не упадёт! – отвечал ему добрый Миша.
- Я в воду его ловить не полезу, - продолжал рекламную компанию безопасного образа жизни Саша.
- Да он нормально всегда переходит, - поддерживал меня морально Миша.
И так продолжалось всё время, пока я делал переход по трубам через речку Трубеж. Честно говоря, высказывания Саши меня слегка тревожили. Даже действовали на нервы. Будучи осторожным мальчиком пяти лет я совершенно не хотел упасть в речку. Во-первых намокну точно, во вторых - ударюсь об воду или даже обо дно! В-третьих, если не повезёт, могу и наглотаться воды в глубоком месте. Приятного в таком повороте событий, в любом случае, мало. Но я старался не допускать панических мыслей – и так было непросто ходить по трубам!
Один раз, по странному стечению обстоятельств, у опоры этого перехода через речку собралась стая довольно-таки больших рыб.
-Налимы,- отметили всё знавший старший брат Саша. – Из озера пришли. Они мертвяков едет на дне озера.
-Вот бы поймать – мечтательно сказал Миша.
-Ни на что не клюют. Мертвяков любят. Чувствуют, где мертвяки будут. И идут туда, ждут их. – продолжал Саща. – Ванька разобьётся, когда переходить будет. О бетонную площадку у опор. Они его сожрут. Ждут уже.
Я давно уже приготовился, как буду падать соскользнув с трубы. Падать головой вниз я не собирался. А ободрать ноги о бетонную площадку, даже их поломать, я особо не опасался. Подумаешь… Но картинка с обжирающими мертвяков налимами меня впечатлила. Я шёл особенно медленно и осторожно. Старался не смотреть вниз, всё по науке. Но, у опоры не смог, взглянул. Налимы, штук пять, плавали внизу. Ждали мертвяков.
-Пойдёт на корм налимам. Ванька всё равно пойдёт на корм налимам! Не сейчас, так на обратном пути. – Гнул свою линию Саша.
-Да глупости это всё, не бойся! – Подбадривал меня Миша.
Я дошёл, не упал. Хотя первый раз, за всё время моего хождения по трубам, мне стало страшно. Картинка «Налимы и мертвяк» стояла перед глазами. Почему-то я неудачно слез по опоре вниз, ободрал живот. Даже чуть-чуть выступила кровь.
-Теперь точно всё. Кровь почуяли. Пойдёшь на корм налимам! Ждать тебя будут.- Зачем-то продолжал нагнетать обстановку Саша.
Но мне налимы былиуже не интересны. Надо было ловить рыб! Краснопёрку, корзу. Рыбы ждали нас. К вечеру возвращались назад. Налимы были там же.
-Свой корм ждут! – Авторитетно заявил Саша.
-Они протухших мертвяков любят, - продолжил дискуссию Миша.
Миша всегда умел меня успокоить и подбодрить! Я же долго буду тухнуть в воде , значит, налимы ждут какого-нибудь алкаша. Тот упадёт в речку, утонет и стухнет около опоры в зарослях водяных растений. Алкаши – настоящий корм для налимов! Пьяниц в Переславле в те времена хватало. Они часто лежали по канавам. Вероятность падения в речку была большая. Я окончательно успокоился. Саше ничего не сказал. Зачем его расстраивать, что корм для налимов это не я.
Целую неделю провели налимы у этой опоры. Я, переходя речку, старался рассмотреть, где мертвяк запутался в траве. Но, к сожалению, не увидел. Через неделю налимы его объели и вернулись в озеро Плещеево. «Озеро Плещеево всегда богато мертвяками и прочей тухлятиной! Оно большое. Поэтому-то налимы и живут в основном там», - вполне логично для пяти лет рассуждал я.
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 921
11.ДК.02

День творожок, день яичко.
Научное кормление.

Я провёл детство в те времена, когда наука имела силу убеждения. Не попы, с их религиозными представлениями о мире, и не модные диеты определяли подходы к питанию. И даже не реклама владела умами людей, жаждущих правильного питания, без ГМО.
Я с самого рождения очень любил есть, проблем с делом кормления ребёнка у моих родителей не было, или почти не было. Была одна проблема - я не любил есть творог. Не то чтобы мне не нравился его вкус, вкус – нормальный. Он просто не лез мне в горло, не мог я его никак проглотить.
А научный подход в те времена жёстко требовал кормить ребёнка правильно, что бы в его организме было достаточно белков, углеводов и витаминов. И, обязательно, кальция. Кости у будущих строителей коммунизма должны быть крепкими, чтобы стойко выносить все невзгоды на этом тернистом пути и при этом не ломаться.
Я был не против кальция, даже мог жрать мел. Мел мне по вкусу нравился меньше, чем творог, но в глотку лез. Но родители упорствовали в своем научном подходе, «день творожок, день яичко» - такие слова мне врезались в память. Так они, вернее моя мама, оправдывали свою настойчивость в попытках скормить мне этот мерзкий творог.
Папа имел свой подход, когда эта миссия случайно доставалось ему. Он жарил огромную сковородку сала с маленьким количеством мяса. И мы вместе с ним ели это прекрасное блюдо с хлебом. Расплавленный свиной жир помогал прохождению этих мерзких ста грамм творога. А восхитительный вкус замоченного хлеба в свином жире делал эту процедуру не столь уж и плохой. Что может быть вкуснее и полезнее скворчащего на сковородке сала для ребёнка 2- 5 лет?! Ничего!
Мама же сыпала в этот мерзкий творог изюм, сахар, добавляла мёд и сметану. Но я физически не мог съесть пол килограмма этой смеси. Представьте, сто грамм творога, минимум двести грамм изюма и грамм 200 сметаны, жирной. Да ещё мед-сахар по вкусу. Гадость. Хотя, я мог съесть много изюма, изюм мне нравился, поэтому и был выбран путь не добавления изюма в творог, а добавления творога в изюм. Но без сметаны изюм выбирался и нормально съедался, а творог оставался. Поэтому, что бы исключить возможность выбора, всё это перемешивалось до однородной массы сметаной, и ешь, страдай. Ещё мама завела моду замачивать изюм, что бы его было больше. Но я бы предпочёл есть сухой изюм, а не наполненный мерзкой когда-то горячей водой. И, желательно, без творога и сметаны.
Полкилограмма жаренного сала съесть было приятно и легко, а полкилограмма мерзкой творожно-сметанной массы, хоть и с изюмом, очень сложно. Тем более, что папа был ко мне добр, не настаивал на полном поглощении всего творога только мной, помогал мне в этом деле.
Потом, с большим удовольствием, я запивал эту пищу стаканом холодной воды, благо, что вода в ведре из колодца стояла в открытом доступе. Этой процедуре меня научила моя старшая сестра. Папа не возражал, зато мама угрожала мне заворотом кишок. Если от чего мог случиться этот заворот, по моему мнению, так от её творога! Я всё выяснил про заворот кишок, это не очень опасно, лечили всех уже тогда, мало погибало.
На фоне творога и войны против него, питание яйцами не оказало никакого влияние на моё развитие, яйца не нанесли мне психологической травмы. А творог нанёс! Ненавижу его до сих пор.
Да и научный подход, к питанию за прошедшие годы претерпел значительные изменения. Уже мало кто варит варенье, где на ОДИН стакан ягод крайне необходимо класть ДВА стакана сахара. Наука не стоит на месте, развивается. Да и вообще, уже мало кто варит варенье.
А творогом пичкают детей до сих пор! До коль?! Отстаньте от детей, не кормите их, если они не хотят есть. Хватит наносить им психические травмы творогом. Наносите необходимые психические травмы запретом посещать «Макдональдс». Может быть, творог есть скоро станет вредно и с научной точки зрения? А полезно «Никомед кальций Д 3». Наука развивается. Целые передачи уже снимают о том, что вреднее - зернистый творог или простой. Вчера смотрел, по ЦТ, полминуты.

Или лучше вообще откажитесь от научного подхода в питании. В пользу здравого смысла. Хотя и тут есть конкуренция, против этого религиозная система. У верующих свои принципы, отличные от здравого смысла. Система постов называется, система пищевых страданий и ограничений. Уважаю, поддерживаю, и всегда ем, с началом постов, свиное скворчащее сало, поджаренное на сковородке. Хотя предпочитаю в другие дни вегетарианскую диету. Но слежу за постами в различных религиях очень внимательно. В природе должно ведь быть равновесие и я его восстанавливаю. Это называется гармония в мире. Каждому – своё.
В начало страницы 
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.