18+

 Добро пожаловать!

 Мы рады приветствовать Вас.  Зарегистрируйтесь и получите на свой e-mail письмо с инструкцией по активации учётной записи. Активируйте свою учётную запись и Вам станут доступны все функции сайта.  Вы сможете завести блог, загружать фотографии и общаться с друзьями.

 

Камчатские рассказы. Хламовитский заказник. Комариная смерть!

  
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 444
Камчатские рассказы. Хламовитский заказник.
Смерть для комаров.
Комариная смерть.
И.Д.Степанов
Как-то, мой друг Сергей, подговорил меня принять участие в орнитологической экспедиции. Дело происходило в последней трети прошлого века, на Камчатке. Планировалось провести две недели в начале июня на Хламовитском озере, в заказнике. Главное развлечение этой экспедиции заключалось в кольцевании озёрных чаек, ради которых, собственно, и была создана эта охраняемая государством территория.
Состав экспедиции был суров и не многочислен. Я, мой друг Сергей, начальник Охотохраны Камчатской области – профессиональный орнитолог и два его сына.
Снаряжение и экипировка были простыми и обыденными. Палатка, спальники, сачки для ловли мелких детёнышей чаек, несколько связок с кольцами для птичек, продукты питания, бинокли, болотные сапоги…
Через Авачинскую бухту, потом по речке Аваче, на алюминиевой лодке с мотором за несколько часов мы добрались до места нашей работы и жизни в Хламовитском заказнике. По дороге начальник нашей экспедиции проинструктировал нас, больше для порядку, так как всё было просто, а опыт походов у всех у нас был, и мозг не жил ещё в виртуальной реальности. Задача максимум была выполнить работу, наслушаться пения птиц, отдохнуть вдали от людской суеты, а задача минимум не повредиться и не погибнуть. Вредить своему здоровью никто не хотел, причём абсолютно искренне, а погибать вообще было глупо. Выгрузились, разбили лагерь, стали готовить немудрёную пищу. Распределили обязанности, осмотрели окрестности. Наметили маршруты обхода озера.
Хламовитское озеро занимает около 12-15 гектаров Всё зависит от того, как, в какое время считать его площадь. Берега изрезаны, кругом болотца и иные озёра, которые иногда связаны протоками, ручьями. В половодье это всё соединяется в одно большое озеро с множеством островков, полуостровков, где и гнездится эта самая озёрная чайка. И выводит своих чайчат. Там чайкам удобно оборонятся от питающихся яйцами и птенцами лис, норок и прочих любителей свежих яиц и вкусных птенчиков.
Стоит зайти на территорию, где их птенцы и гнёзда, сразу начинается такой гвалт, что хоть уши закрывай. Чайки набирают высоту и пикируют, защищая свои владения. В боевом пылу они избавляются от лишнего в организме и на тебя падают их экскременты. Сачок на плече уберегает тебя от удара клювом по голове, так как дурная чайка несколько дезориентирована, где твоя голова. А уж если бить – то бить по голове, такие у них, чаек законы. Что бы в дурной башке прояснилось, что лезть сюда нельзя! Тут живут чайки, грозные и сильные птицы! И всё в таком духе. На психику давят. Хотя, по статистике, половина из яиц не становится чайками точно, а скорее всего, и вовсе выживает одна треть. Во время многочисленных прогулок по болоту это мне было явно заметно. Лисы тоже сильны, и у них есть свои хитрые приёмы. Короче говоря, жизнь как везде.
Чайчата уже появились почти у всех чаек, были мелкие и забавные. Ещё были утята. Утки тоже считали эти места своими. Но озёрной чайки было гораздо больше. Зато утята были очень ловкие в воде. И держались отдельными сплочёнными группировками. Если бы утята и чайчата пошли стенка на стенку я бы делал ставки на утят. Да, их меньше. Но какой стиль плавания и ныряния, какие скорость, какой азарт! Но между водоплавающей мелочью было всё мирно, или я просто не заметил разборок.
Отдельное слово хотелось бы сказать о комарах. Их было очень богато. Вообще, Камчатка не обделена ценным комариным населением. Комар хороший, крупный. Не то, что на Горном Алтае! И летает до двух тысяч метров в высоту. Там встречал не одного чемпиона, а целые комариные группы. Бить его удобно, укус чувствуется. Когда двигаешься, то проблем особых не возникает. Вернее раньше у меня не возникало.
Первый день пролетел, наступил приятный вечер. Сидели у костра, негромко переговаривались. Слушали пение птиц с комментариями начальника, кто поёт и о чём. Других шумовых эффектов не было, принципиально и строго. Гитара хороша для соблазнения глупых девушек, музыка и песни – для попоек и развлечений. Суровые экспедиционные мужчины не имеют право на глушение природы вокруг. Слышать и чувствовать её это не просто прихоть, это условие выживания. И я слышал природу. Когда стихли птицы, ночью ведь и птицы спят, начальник ушёл спать в лодку. Хоть и без мотора, его мы спрятали невдалеке от палатки, хоть и крепко привязанная к дереву цепью, лодка могла за ночь уплыть в неизвестном направлении. Места дикие, это не беда. Беда что рядом проезжая дорога – река Авача. Хотя вроде бы никто не проехал по реке за целый день, но лодка нужна всем. Едешь, а тут лодка, никому не нужная. А тебе ведь она нужна. Всё просто, и я совсем не готов критиковать такой ход мыслей, он тоже имеет право на существование.
Я слышал природу, её голосом были шум реки и мерное гудение комаров. Ложь, что комары спят по ночам в кустах. Правильные комары всё время заняты делом, ищут, кого бы укусить. К костру комары не лезли, дымно. Просто ждали своего часа. И дождались. Мы пошли спать в палатку.
Залезли в свои спальники, стали пытаться уснуть. В палатке гудение комаров было пронзительным. Однообразный гул разбивался на сотни разных по тональности писков, то усиливаясь, то на две секунды отступая. Мучились все, но постепенно усталость делала своё дело. Мои товарищи по палатке засыпали. А я, то ли не устал, то ли масса новых впечатлений загрузила мой мозг, никак не мог уснуть. А может это комары. Они тоже слегка действовали на нервы. Ну не поспал одну ночь, следующая же будет, посплю!
Утро. Завтрак. Начали кольцевать чайчат. Вечер. Ужин. Слушали птиц. Гул комаров. Палатка .Писк и гул комаров. Ну не могу спать! Вся ночь на нервах.

Утро. Завтрак. Кольцуем чайчат.
На Камчатке обычно стабильная погода. Дождик по несколько раз за день. Иногда посильнее, шторм. Температура 12-15 градусов. Удобно ходить весь день по болоту в болотных сапогах с шерстяным носком. В тельняше, свитере и верхней куртке. В шапке или кепке. Я предпочитал лёгкую вязаную шапочку. Мыть голову после каждой атаке чаек было неудобно и бессмысленно. Сколько раз за день они атаковали нас! Бились за каждого чайчёнка, были против учёта и контроля дикой озёрной чайки! Им на науку было просто насрать, причём в прямом смысле.
Неожиданно, настали тёплые дни. Плюс двадцать, солнышко светило по чти по 8 часов в день. Ходить весь день без перерыва на обед и отдыха по болоту в болотных сапогах то ещё развлечение! А в жару и вовсе нелегко. Особенно если не спал уже две ночи. Но обед придумали не для нас – легче было целый день топтать болото, чем пойти обедать. Обратно никто бы не пошёл. Включая начальника. Он хоть и начальник , но не дурак же. А чайчат надо было кольцевать, пока они не встали на крыло. Полетят чайки, так вообще не поймаешь ни одной, хоть сачком, хоть руками. Только пуля или заряд дроби остановит такую свободную и гордую птицу. Но стрелять чаек в нашу работу не входило, мы их кольцевали.
Вечер. Умылись холодной речной водицей. Сняли сапоги – поставили сушиться. Ноги гудели и подрагивали мышцы. Ужин. Хорошо и вкусно поели. До обездвиживания. Расслабление организма полное. Слушали птиц. Гул комаров. Палатка. Писк и гул комаров. Не могу спать! Часа три поворочавшись, пошел к костру. Костёр почти потух. И комары бросились со всех сторон ко мне, одинокому. Обрадовались, глупые… Я спокойно и презрительно к комарам развел костер, сварил какао и стал его попивать набираясь сил. Я принял решение, раз не могу спать с этими комарами – спать не буду. Сколько выдержу. Интересный эксперимент. От физической усталости я не страдал, отдых в виде расслабления мышц был для меня достаточен. Но комары уже реально раздражали меня.
Утром, приготовил на всех завтрак, почистил и замочил картошку на ужин – а что ещё ночью делать, книг для чтения я ведь не взял. Да и какое чтение при свете костра… А так всем приятно сделал. В картошку – тушенку и пока будем мыться после рабочего дня, пища богов будет готова. Оставлять Еду без присмотра в лагере не хотелось. Мало ли лесного люда кругом, точно найдут и слопают!
День прошёл как предыдущий. Только я нервно отмахивался от комаров, тогда как раньше расчётливо их уничтожал. Было жарко и нервно. Я был внутренне раздражён. Комары просто бесили меня.
Вечер. Помывка, сушка одежды, еда, пение птиц… В общем, всё как всегда! В палатку я даже не пошёл. Смысл туда ходить?! Пусть ребята кормят комаров. Я не таков.
То, что я нахожусь уже в изменённом состоянии сознания, то, что из всех звуков окружающего меня мира я слышу ТОЛЬКО гул и писк комаров, давило на психику. Только постоянное занятие делом давало освобождения от комаров. Я сделал все приготовления на завтрак и ужин. Вымыл всем мужикам болотные сапоги, тщательно просушил их, портянки и носки. Навел идеальный порядок у костра. И это все в темноте! И опять ночь с тремя литрами какао. Ну котелок такой.
Утром все не могли нарадоваться. Очень хвалили мою стряпню. По первоначальному плану все готовили по очереди, но тут как-то уже сложилось, что этим занялся я.
Прекрасный тёплый солнечный денёк. Все радовались. А я ненавидел это солнце, тепло, активно ненавидел комаров. Ненавидел тупых чаек и их тупых детёнышей. Одним из них вытер в очередной раз обгаженный рукав куртки и зашвырнул куда-подальше ни в чём не повинного чайчёнка в озеро. Тот, впрочем, не пострадал, а наоборот, пытался полетать! Сильны птицы чайки, сильный и вольный народ! Не даром писано про них «Чайка, по имени Джонотан Ленгвистон»! Ленгвистоны мелкие….
Все кончилось неожиданно. Сначала кончились все наши кольца, а потом я с головой ушёл под воду, наступив на какую-то подозрительную кочку у протоки. Было около 12 часов дня. Светило солнце во всю мою морду. Но моё сознание, от купания в холодной воде ( около 3 градусов) прояснилось на какое-то время. Выбравшись из холодной воды я вылил воду из сапог и пошел к лагерю. Штаны, майка и свитер запасные у меня были. Но куртки не было. Стояла, по камчатским меркам, дикая жара, около 22 градусов. А к вечеру у костра куртка будет сухая.
Ребята ушли чуть раньше меня и не видели моего купания. Были удивлены, так как я обычно был очень аккуратен на природе. Обычно да, но тут… Нервы.
Из моих заготовок они варганили обед. Все были довольны тем, что кольцевание окончено. Все думали, что я мало спал, никто не знал, что я не спал вообще. Начальник вытащил из лодки анти комариный полог, поставил его и предложил мне после обеда отдохнуть на солнышке и ветерке – всё равно моя одежда сохнет. Я так и сделал.
Забравшись в полог, первым делом, я передавил всех комаров и аккуратно пересчитал и разложил их трупы. Их было 53. Потом провалился в сон до заката солнца.
Встал с широчайшей улыбкой на лице, абсолютно отдохнувший. Я не боялся комаров, я их просто не видел. Я их презирал, но с глумливой улыбкой на устах! Всех передавлю по одному! Оказывается, у нас на каждого есть в лодке антикомариный полог. Я теперь буду группами запускать в него комаров и давить… И считать. И коллекционировать их трупы. Наберу целый пакет, мечтал я… Но, этой мечте не суждено было сбыться. Комары от меня отвяли. Я перестал слышать комариный гул и писк. Я слышал пение птиц, шелест травы от лёгкого ветерка, шум реки. Мир был прекрасен, это был мир без комаров. Я НИ РАЗУ не залазил в полог до конца экспедиции. Они меня вообще перестали кусать! Они знали, что я их холоднокровная смерть. Они знали, что я коллекционер их тел. Они меня боялись. Я стал комариной смертью.




Еноты в Июне
Еноты в мае
Еноты в апреле
Мишки в мае
Мишки а апреле
Мишьен в мае
Мишьен в Апреле

Важная тема для енотов
Кубок форумчанинаЛучший фотограф
Сообщений: 444

Камчатские рассказы. Хламовитский заказник.
Развлечения и научные открытия.


Моё участие в орнитологической экспедиции не ограничивалось только приготовлением пищи кольцеванием чайки озёрной, борьбой с комарами и бессонными ночами. Били и иные, более тонкие развлечения.
Однажды утром я был разбужен интенсивной стрельбой. Вылез из палатки и пошёл на звуки. На берегу реки Авача экспедиционная молодёжь развлекалась стрельбой из револьвера по жестяной табличке с надписью: «Хламовитский заказник. Охота, разжигание костров запрещено». Вернее предполагаемой надписью. Практически все такие таблички, встреченные мною на Камчатке, были очень сильно повреждены. Стрельба по ним, из всех видов стрелкового оружия является не только развлечением, но и проявлением свободолюбия камчадалов с оружием в руках. Так что табличке никто и ни чем уже повредить не мог. А цель очень удобная. Не стрелять же по бутылкам и банкам! И тем более по стволам деревьев. Про птичек разговор вовсе не шёл.
Начальник нашей экспедиции взял с собой ящик патронов и револьвер образца 1933 года. Занятная огнестрельная штука. Мне тоже предложили принять участие в забаве. По-ковбойски, от живота, я пытался попасть в цель, но абсолютно безуспешно. При стрельбе с руки был аналогичный результат. С пятидесяти метров это была неразрешимая задача. Намного позднее обучаясь на военной кафедре, в тире, из пистолета Макарова, кое-что удавалось сделать с мишенью на такой дистанции. Но не из револьвера по-ковбойски. Знание очень полезное, начинаешь понимать опасную дистанцию, если кто охотится на тебя с помощью револьвера-пистолета. С двадцати пяти метров стрелять было веселее. Короче говоря, расстреляли мы весь ящик патронов!
На мой вопрос, зачем такие развлечения, было объяснено, что боеприпасы имеют срок годности и утилизация путём планового отстрела не так уж и плоха. Да и нам полезно и весело попрактиковаться в стрельбе. Стрельба – это тонкое мужское развлечение вдали от цивилизации, надо привыкать.
В тот же день приехали инспекторы «Рыбнадзора». Смежная организация. Привезли свежую красную рыбу – конфисковали у браконьеров. Нас решили подкормить. Так что уха была в рационе несколько дней.
Разговоры вечерами у костра нас сдружили и хорошо познакомили. Например, большинство моих знаний о городе Иваново были получены именно тогда, у костра, от сына начальника. Он учился на биологическом факультете университета города Иванова. Оказалось, что он проходил в Хламовитском заказнике, кольцуя птиц, специализированную практику по полевым мышам! Мышей не было там, их бы чайки, лисы и прочие обитатели заказника быстро поели! А практика по мышам была.
Из-за того, что все кольца для чаек быстро кончились, а в город ехать было совсем неохота, начальник придумал новое развлечение – подсчёт птиц! Всем нам было ясно, что это просто болтание по болотам. Вечерами начальник мечтательно вспоминал своего друга-орнитолога из Японии, ещё одного специалиста по болотно-озёрной чайке. Как они изучали эту прекрасную чайку вместе в Японии и на Камчатке. Хотел какую-нибудь статью тиснуть в японской научной прессе. Говорил, что очень бы хорошо какую-нибудь новую методику подсчёта чаек придумать, с научным обоснованием. Тут и до докторской можно добраться. А даже кандидатов наук от орнитологии очень мало. Он и Николай Дроздов. Дроздов по сухим птичкам защищался, а он по мокрым… Обычные научные планы и мечты.
Особой проблемы посчитать количество птиц в Хламовитском заказники я не видел. Это было очень просто. Плотность гнёзд уменьшалась пропорционально удаления от воды. Длина береговой линии озёр была известна и просто определялась по карте. На каждое гнездо было две взрослых чайки и 1-2 маленький чайчёнка. Пусть 1,5. Или даже 1! Считается плотность. 1-5 метров от воды, 5-10, 10-15… Умножается, складывается и готов результат. Простая интерполяция, и ёжу, уважающему математику, понятно! А бегать вокруг болота, кормить комаров и вручную считать по площадям чайкины гнёзда – абсолютно ненаучный подход, и до докторской диссертации вряд ли доведёт!
Это всё и изложил я у костра. Начальник задумался, весь вечер молчал. А утром был возбуждён и активен. Считали по моей методике, проверили в нескольких местах это предложение - получилось!
После обеда – бегать вокруг водоёма стало лениво всем, начали считать. Начальник высчитывал береговую линию, я множил, складывал и давал цифры по различным участкам. Возбуждение начальника по мере продвижение работы всё возрастало. Слышались слова открытие, невероятно, мы самые крупные, японец обзавидуется, статья, конференция…
Сухое резюме. В результате подсчёта было определено, что если брать 1,2 чайчёнка на гнездо, то Хламовитскоий заказник является самым крупным гнездовьем озёрной чайки в мире! И это открытие совершили мы! Его и моя фамилия будут в статье, которую он уже пишет! Опубликует в японском орнитологическом журнале. Методика работает, это научное открытие.
Экспедиция на Хламовитское озеро была завершена, все поставленные цели – достигнуты. Сколько в среднем остаётся в живых в одном гнезде чайчат, я до сих пор не знаю. По-японски я не читаю научных статей, да и с озёрной чайкой больше не работал никогда. Так что ничего не знаю ничего и про статью.
Николай Дроздов защитил в 2000 году докторскую диссертацию по фауне и животному населению в аридных областях. Расширил свою кандидатскую диссертацию «Культурные ландшафты аридных областей СССР и орнитофауна». На защите я присутствовал. Начальника «Охотохраны» Камчатской области не видел больше никогда и о судьбе его научной и бытовой мне не известно. Здорово, если бы он был доктором биологических наук с орнитологическим уклоном!
А при поисках в интернете, на сайтах, указывается, что это самое крупное в России гнездовье озёрной чайки. Неужели остаётся в живых меньше 1,2 чайчат на гнездо?!



В начало страницы 
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.